Мать убитой няни: Артамошин хочет сбежать на СВО от наказания

Мать 19-летней Алены Б., погибшей от рук богородского маньяка, резко возражает против того, чтобы 47-летнего Дмитрия Артамошина выпустили из СИЗО и отправили на СВО по контракту. В разговоре с MSK1.RU Елена заявила, что это недопустимо.

В ноябре 2025 года жителя Богородского округа обвинили в двух убийствах, изнасиловании, насильственных действиях сексуального характера и склонении к употреблению наркотиков (ч. 1 ст. 105, п. «б» ч. 2 ст. 131, п. «б» ч. 2 ст. 132, пп. «в, г» ч. 2 ст. 230 УК РФ). Наказание может дойти до пожизненного лишения свободы.

Первой пострадала супруга Артамошина: по версии следствия, он пичкал её наркотиками и избивал. После того как женщина ушла из дома, он начал искать новых жертв в интернете — представлялся родителем, подыскивающим няню. Девушки приезжали к нему домой и пропадали без следа. Погибли две няни, Алена и Мария, третьей удалось вырваться.

«Человек, хладнокровно убивший двоих девушек, насилующий и избивающий женщин, не должен идти на СВО. Это мое мнение как матери. Я считаю, что он использует этот контракт, чтобы сбежать. Учитывая, как он вел себя весь этот год, как вводил в заблуждение следствие, я считаю, что так же обманет Министерство обороны. По моему мнению, у него нет в планах ехать на СВО, он просто хочет уйти от наказания», — приводит MSK1.RU слова Елены.

Год назад Елена уже общалась с журналистами и тогда не верила в вину Артамошина: надеялась, что дочь жива и просто скрывается. О том же говорили и родственники второй пропавшей — Марии. Обе девушки работали нянями ребёнка Дмитрия.

В декабре 2025 года следователи нашли останки девушек на участке Артамошина. Тело одной он сбросил в компостную яму, другой — в колодец. За год следствия Дмитрий не дал признательных показаний и не признал вину ни по одному пункту, рассказала Елена.

Артамошина задержали в ноябре 2025 года. Он жил в СНТ в Богородском округе вместе с 9-летним сыном. По данным Telegram-канала Baza, мужчина заставлял мальчика наблюдать за издевательствами над нянями; когда о преступлениях узнали, ребёнку потребовалась психологическая помощь.

«Он не считает себя виноватым, — сказала Елена. — Машу отправляли в Башкирию, на родину, а Алену [похоронили] здесь. С Машей простились 27 марта, с Аленой 28-го — практически одновременно это было».