Региональные бюджеты ждет антирекордный дефицит в 2 триллиона

Российская бюджетная система переживает серьезные трудности. Глава Минфина Антон Силуанов, выступая в Госдуме, назвал ситуацию «непростой». За этой формулировкой скрывается резкое ухудшение: год назад дефицит составлял 1,5 трлн рублей, теперь к нему прибавилось еще 400 млрд, а к 2026 году прогнозируется антирекорд в 2 трлн.

Основная причина — провал поступлений по налогу на прибыль, одному из ключевых источников доходов регионов. Недосчитались 480 млрд рублей. Особенно сильно пострадали сырьевые регионы, такие как Ямало-Ненецкий автономный округ. Зависимость от корпоративных прибылей привела к тому, что при снижении доходов бизнеса бюджеты просели мгновенно.

Экономисты предупреждают: это не временные трудности, а структурная уязвимость региональной модели. Бизнес-стратег Евгения Истомина отмечает, что снижение налога на прибыль указывает на более глубокие проблемы в корпоративном секторе — снижение рентабельности. Регионам придется пересматривать расходную политику, что может привести к сокращению инвестиционных программ, заморозке инфраструктурных проектов и урезанию социальной поддержки.

«Особенно уязвимыми оказываются территории, сильно зависящие от отдельных отраслей, — подчеркивает Истомина. — Там колебания прибыли ощущаются наиболее болезненно. Пример Коми, Оренбургской области и Ямала подтверждает, что сырьевая специализация не гарантирует стабильности бюджетных поступлений». Она добавляет, что возможности компенсировать потери за счет собственных ресурсов ограничены. Федеральная поддержка может стать ключевым инструментом, но у нее есть пределы. «В долгосрочной перспективе важно не только перекрывать текущие дефициты, но и снижать их структурные причины», — говорит эксперт.

Доцент Финансового университета при Правительстве РФ Ольга Борисова выделяет три возможных направления. Первое — увеличение ненефтегазовых доходов через повышение собираемости налогов и усиление контроля, в том числе за банковскими счетами граждан без официальной занятости. Второе — наращивание нефтегазовых доходов за счет увеличения объемов реализации и поиска новых контрагентов, а также расширение экспорта аграрной продукции, например халяльной, в страны Азии и Ближнего Востока.

Третий путь — сокращение расходов. Борисова допускает пересмотр национальных проектов и федеральных программ, урезание финансирования инфраструктурных и дорожных проектов, а также расходов на госаппарат. При этом меры поддержки должны стать более адресными.

В качестве крайней меры эксперт называет налог на сверхприбыль компаний: «Например, за последние 5 лет средняя по отрасли доходность составляет 30%. Если компания получила доход выше, то разница облагается налогом и взыскивается в доход государства. Его размер (ставка) зависит от объема средств, необходимого для пополнения бюджета». Однако она предупреждает, что регулярное применение такой меры сдерживает развитие бизнеса, так что «налог на сверхприбыль» можно собрать однократно.

Экономисты сходятся во мнении: простых решений нет. Любое действие — компромисс между экономией и риском затормозить экономическое развитие, которое по прогнозам в этом году будет колебаться около 1%. Главный вопрос — станет ли этот кризис разовым эпизодом или новой финансовой реальностью для российских регионов.