Лили Коллинз рассказала о борьбе с расстройством питания

Лили Коллинз вновь поделилась личным опытом борьбы с расстройством пищевого поведения. По её словам, путь к восстановлению — «непрерывный процесс». Эти откровения прозвучали после того, как в индустрии возникли опасения, что её новая роль — воплощение на экране легендарной Одри Хепберн — может вернуть болезненное давление, связанное с необходимостью соответствовать знаменитой хрупкой фигуре иконы стиля.

Звезда сериала «Эмили в Париже» отметила Неделю осведомлённости о расстройствах пищевого поведения откровенным постом в соцсетях. Коллинз, которая ранее сыграла девушку с нервной анорексией в фильме 2017 года, написала: «Я хочу воспользоваться моментом... как человек, который боролся с расстройством пищевого поведения — и смог рассказать историю многих других, похожих на меня, через свою героиню — я всегда выступала за большее понимание этой проблемы, чтобы никто не страдал в тишине или стыде».

Актриса добавила, что говорить о своём прошлом опыте было и остаётся одним из самых пугающих, но и самых ценных переживаний в её жизни. По данным источников в индустрии, Коллинз осознаёт всю ответственность, связанную с ролью Одри Хепберн. Образ актрисы с её тонкой талией и изящным силуэтом настолько укоренился в массовой культуре, что сравнения внешности Лили с эталоном Хепберн неизбежны.

Как сообщают инсайдеры, такое пристальное внимание может стать испытанием для любого, особенно для человека, который открыто говорил о прошлых проблемах с восприятием собственного тела. В биографических фильмах всегда есть давление необходимости внешнего перевоплощения, а в случае с Одри Хепберн эти ожидания многократно усиливаются из-за её культового образа.

Ранее Коллинз подробно объясняла корни своей болезни в интервью. Она связывала свою борьбу с желанием контроля и перфекционизмом. «Когда я была моложе, я хотела соответствовать тому образу совершенства, который сама себе создала, и я ассоциировала его с тем, что видела в медиа, — думала, что форма тела имеет много общего с идеалом. Я хотела контролировать, как я к этому приду», — признавалась она.

Актриса объяснила, что в юности, сталкиваясь со школой и отношениями, она чувствовала потерю контроля над жизнью, и еда стала той сферой, где она могла этот контроль вернуть. Со временем, по её словам, пришло осознание, что совершенства не существует, а приоритеты сместились. «Я хочу семью однажды. Я не хочу, чтобы эти навязанные самой себе проблемы повлияли на мою возможность иметь детей — потому что реальность такова, что ты не можешь иметь детей, когда ты так болен», — заявила Лили Коллинз.