Миллиардер подал в суд на Конгресс из-за повесток по делу Эпштейна

Миллиардер и финансист Леон Блэк начал судебную тяжбу с Конгрессом в последней попытке помешать законодателям заставить его передать частные соглашения о неразглашении и дать показания под присягой в рамках расследования, касающегося Джеффри Эпштейна.

В четверг, 3 сентября, Блэк подал федеральный иск против комитета Палаты представителей по надзору и правительственной реформе и его председателя, конгрессмена Джеймса Комерса. Он требует признать недействительными две повестки, выданные комитетом, и запретить их принудительное исполнение, ссылаясь на превышение полномочий.

Согласно судебным документам, одна повестка требует от Блэка предоставить частные соглашения о неразглашении, другая — явиться для принудительных показаний перед комитетом. Блэк утверждает, что эти требования выходят далеко за рамки заявленного расследования, касающегося Эпштейна и его предполагаемой сообщницы Гислен Максвелл.

Иск был подан в тот же день, когда Блэк должен был явиться на допрос в комитет в 10:00 по восточному времени. Его адвокаты заявляют, что Конгресс преследует бывшего главу Apollo Global Management «исключительно ради политической выгоды» и пытается вторгнуться в частные вопросы, не имеющие отношения к делу Эпштейна.

Ранее, 26 июня, Блэк добровольно пришел на собеседование в комитет после обсуждения с сотрудниками ожидаемого круга вопросов. По словам Блэка, он рассчитывал, что законодатели сосредоточатся на его профессиональных отношениях с Эпштейном, включая миллионы долларов, выплаченных за налоговые и наследственные консультации. Однако, как утверждается, разговор неожиданно переключился на соглашения о неразглашении.

Адвокаты Блэка заявили, что когда они выразили возражения против таких вопросов, сотрудники Комерса вручили Блэку две повестки — одну с требованием предоставить документы, другую — с требованием дать показания. Повестка, касающаяся документов, предположительно охватывала все соглашения о неразглашении, участником которых был Блэк, включая те, где упоминались Эпштейн или Максвелл.

Блэк настаивает, что это требование чрезвычайно широкое и может затронуть деловые соглашения, урегулирования и другие конфиденциальные контракты, не имеющие отношения к Эпштейну. Кроме того, он утверждает, что повестки угрожают приватности неназванных женщин, заключивших с ним конфиденциальные соглашения и не желающих, чтобы их личности или личная жизнь связывались со скандалом вокруг Эпштейна.

По данным адвокатов некоторых из этих женщин, они отказываются освободить Блэка от обязательств по конфиденциальности и обеспокоены возможным раскрытием их личностей. В иске адвокаты Блэка использовали резкие формулировки, заявив, что исполнение повесток может «заклеймить невинных женщин пятном скандала Эпштейна».

Конфликт обострился после того, как комитет потребовал «полного соблюдения» требований. По словам Блэка, в прошлом месяце комитет предупредил, что в случае непредоставления документов или неявки на допрос законодатели используют «все доступные меры, включая неуважение к Конгрессу».

Блэк просит федерального судью признать обе повестки недействительными и запретить комитету принуждать его к их исполнению. В иске утверждается, что у Конгресса нет полномочий использовать расследование по Эпштейну как предлог для получения конфиденциальной информации, не связанной с законными целями. В документе подчеркивается: «Нет конгрессиональной власти разоблачать ради разоблачения».

Имя Блэка фигурировало в электронных письмах помощника Эпштейна, где указывалось, что тот должен позвонить Блэку. Однако сам Блэк отрицает какую-либо причастность к незаконной деятельности Эпштейна или осведомленность о ней.