Эндрю Виндзор опасается таинственной смерти как у Эпштейна

Эндрю Виндзор, по данным источников, охвачен страхом, что его связь с Джеффри Эпштейном может привести к той же мрачной участи, что и у дискредитированного финансиста. Перспектива уголовного преследования нависает над его будущим.

66-летнего бывшего члена королевской семьи арестовали в прошлом месяце по подозрению в злоупотреблении должностными полномочиями. После допроса в полиции его отпустили, дело находится на стадии расследования.

По словам инсайдеров, Эндрю осознаёт, что его имя навсегда связано с Эпштейном, и понимает, какой груз это несёт. Он стал крайне подозрительным, постоянно анализирует риски и редко чувствует себя в безопасности.

Как утверждают источники, за годы ему и Саре Фергюсон направляли враждебные сообщения и скрытые угрозы, но раньше он отмахивался от них. После ареста всё изменилось — возможность тюремного срока перевернула его восприятие.

Эндрю опасается, что если окажется за решёткой, его связь с Эпштейном сделает его мишенью для агрессии или заключённых, ищущих известности. В такой ситуации, как он считает, он будет особенно уязвим.

Джеффри Эпштейн, арестованный в 2019 году по обвинениям в торговле людьми, умер в заключении в том же году. Официально это названо самоубийством, хотя теории заговора о обстоятельствах его смерти продолжают ходить.

Близкие к Эндрю источники описывают его как всё более изолированного и напуганного человека. Он остро чувствует, что его репутация уничтожена, а перспектива тюрьмы пугает не только потерей свободы, но и статусом фигуры, навсегда связанной с Эпштейном.

Как передают инсайдеры, Эндрю охватывает растущий ужас от того, как его могут воспринимать в тюрьме. Он знает о масштабах сетевой ненависти и теориях заговора, и этот шум породил в нём веру, что он может стать центром гнева или сенсации за решёткой.

Он сомневается, будет ли ему обеспечена адекватная защита, и в итоге боится, что может разделить мрачную участь Эпштейна — умереть в тюрьме при крайне загадочных обстоятельствах.

Потеря официальной охраны усилила эту уязвимость. Десятилетиями Эндрю действовал в рамках многослойной защиты. Теперь же, когда общественное внимание и негодование, возможно, на пике, он чувствует, что эти меры безопасности исчезли, оставив его более открытым, чем когда-либо.

После ареста младшего брата король Чарльз заявил о своей полной поддержке и сотрудничестве со следствием, добавив, что закон должен идти своим чередом. Эндрю теперь в основном живёт в своём имении, редко выходя за ворота.

Один источник сообщил, что Эндрю почти не покидает территорию имения. Даже короткие вылазки кажутся ему рискованными. Он остро осознаёт глубину общественного гнева в свой адрес и боится, что простая прогулка может обернуться унизительным зрелищем. Страх быть освистанным или атакованным заставляет его всё реже появляться на людях.

Несмотря на растущую критику, инсайдеры утверждают, что Эндрю остаётся эгоцентриком, который считает себя несправедливо мишенью. Он часто жалуется, что карты сложены против него и его судят ещё до слушаний. Он даже сравнивает своё нынешнее затворничество с формой наказания. Но под этой риторикой, как говорят, теперь доминирует страх.

Он убеждён, что угрозы его личной безопасности — не абстракция. В самые тёмные моменты ему трудно представить любое место — публичное или частное, — где он чувствовал бы себя по-настоящему в безопасности, если события пойдут по худшему сценарию.