Морган Фэйрчайлд раскрыла тайну здоровья Рока Хадсона

76-летняя актриса Морган Фэйрчайлд рассказала, что поняла: у ее близкого друга Рока Хадсона СПИД, еще когда его здоровье начало ухудшаться в 1980-х — за несколько месяцев до того, как ослабевший актер объявил о своем смертельном диагнозе.

Фэйрчайлд, называющая себя «научным гиком», объяснила, что одним из ее «странных хобби» было изучение новых вирусов и эпидемиологии еще до того, как эпидемия СПИДа охватила Голливуд.

«Я слышала, что Рок плохо выглядит на съемках «Династии» и сразу поняла, в чем дело, — вспоминает она. — Америка не знала, что Рок был геем, но в Голливуде об этом знали все». Фэйрчайлд сопровождала еще здорового Хадсона, когда он получал награду за жизненные достижения от Actors Fund of America в марте 1984 года. Но когда Рок Хадсон позже появился исхудавшим на съемках своих эпизодов в «Династии», поползли слухи, что он серьезно болен.

Фэйрчайлд отметила, что в начале 1980-х она начала замечать «скопления случаев» саркомы Капоши и пневмоцистной пневмонии — теперь известных как состояния, определяющие СПИД — в Нью-Йорке и Сан-Франциско. «Тогда выяснилось, что все это было у геев, и я поняла, что появилось что-то новое. У этого еще не было названия. Я пыталась предупредить всех своих друзей-геев и вообще всех друзей, потому что болезнь не разбирает сексуальной ориентации», — рассказала актриса.

Хадсон публично объявил о диагнозе СПИД в июле 1985 года и скончался от болезни примерно через три месяца в возрасте 59 лет. Фэйрчайлд, пока вокруг болезни нарастала паника, хотела просветить общественность, дала множество интервью, надеясь «снять стигму с гей-сообщества», и помогала собирать средства на исследования.

Актриса признала, что это повредило ее карьере. «Я знала, что это навредит моей карьере — так и вышло, — говорит звезда сериала «Flamingo Road». — Я потеряла много друзей, которые не хотели, чтобы я ела с их тарелок или находилась рядом с их детьми, потому что я посещала хосписы. Я потеряла много работы, потому что стала спорной фигурой — я говорила о том, что для меня не было спорным: это была болезнь, и людям нужно было просвещаться».